Основной текст
Наука и искусство, расставшись у основания, встретятся на вершине
Гюстав Флобер
Наша современность, несмотря на усиление глобалистических тенденций, одновременно характеризуется многоголосием подходов и идей, смыслов и векторов развития. Для решения глобальной по своему масштабу задачи интегрированного восприятия бесконечного многообразия явлений современной действительности при «многосмысленности каждого явления» [1; 39]) требуется наличие соответствующего средства – определенного мышления.
Идеи, отражающие подобные явления и подходы, появились достаточно давно. Полифония, изначально исторически сложившаяся в музыкальном искусстве (полифоническая музыка) как особым образом организованная музыкальная мысль, представляет собой модель диалектики, непременным атрибутом которой является человеческое сознание, а полифонично функционирующее сознание и собственно полифоническое мышление становятся показателями его высокого уровня и культуры мышления в целом.
Исследование феномена полифонии, в частности, полифонического мышления, до некоторого времени, имело аспектный и, в основном, фрагментарный характер, будучи ограничено рамками предметных или специальных дисциплин.
Основания, для изменений, влияющих на мировоззренческое понимание феномена полифонии, были обозначены в ХХ веке, сформулированным Нильсом Бором, принципом дополнительности. Несмотря на то, что появление принципа было предопределено развитием физики того времени и, в частности, необходимостью интерпретации квантовой механики, Н. Бор на самом деле осознавал, что речь идет о новой методологии, о новом понимании познания вообще, для которых предметные границы физики не играют существенной роли. Таким образом, в концепции дополнительности Н. Бором впервые обоснована идея полифонического подхода в гуманитарных науках.
Концепция дополнительности и феномен полифонии, а также выделившийся из него в последствие феномен полифонического мышления, обладают концептуальным сходством и категориальной аналогией. [4]
Полифония в широком смысле свойственна не только музыке, а проявление полифонического подхода в других гуманитарных областях отразил этот выход за ее пределы. Полифоничны художественные произведения, запечатлевающие жизнь людей в ее сложности и полноте. О.С. Иванова делает заключение, что уже сам «XX век стал веком тотальной полифонизации различных областей культуры». [6]
Понятие полифонии встречается в культуре в разнообразных контекстах и преимущественно – в искусстве и науке. Процессы глобализации в экономике, культуре и становление информационного общества порождают феномен так называемой полифонизации действительности. «Окружающая нас действительность полифонична», – утверждает С.А. Рогова, исследователь уже собственно феномена полифонического мышления как действенного инструмента применительно к такой действительности. [8] В этих условиях полифоническое мышление выступает в качестве необходимого средства расширения объема информации об интересующем объекте.
Полифония образуется как в проявлениях объектов: композиционной структуре явления или процесса внешнего физического мира, – так и внутреннего субъективного мира человека [4], отражаясь, например, в сплетении проявлений различных ролевых уровней сознания, сочетании кооперативных и ассертивных позиций при формировании стратегий реагирования на конфликтную ситуацию и др.
«В светлом поле сознания параллельное ведение нескольких мыслей (и внутренний диалог, в частности) происходит в режиме комплементарного переключения с одной мысли на другую с последующим возвращением к первоначальной: переключения происходят столь быстро, что мы их не замечаем, полагая, будто думаем одновременно о нескольких предметах». [10; 284]
Применимость принципа дополнительности в гуманитарных науках позволяет выявить внутреннее единство проблем и связанные с ними нахождения решения. Общенаучное значение принципа дополнительности осознал не только сам Н. Бор, но и ряд крупнейших специалистов в области гуманитарного знания, среди которых был М.М. Бахтин. [9]
Одна из важнейших и наиболее значимых эстетических инноваций М.М. Бахтина – полифония за пределами музыкального контекста. Анализ творчества Достоевского у М.М. Бахтина имеет дело с полифонией как художественным принципом, с «художественным построением словесного целого – романа» [1; 115]. В работе, посвященной эстетике словесного творчества, он утверждает: «…Литературовед спорит (полемизирует) с автором или героем и одновременно объясняет его как сплошь каузально детерминированного (социально, психологически, биологически). Обе точки зрения оправданы, но в определенных, методологически осознанных границах и без смешения» [2; 343].
Заимствованные М.М. Бахтиным и перенесенные из сферы музыки в художественное пространство литературы понятия, связанные с полифонией, впоследствии получили распространение во всей художественной культуре XX века, а на рубеже ХХ и ХХI веков и за ее пределами, определив феномен полифонического диалога в социокультурном пространстве, осмысление которого уже относится к нашему веку [6].
В ХХI веке также предпринята попытка представить сам процесс становления полифонии как исторически закономерный продукт трех составляющих, имеющих общую – диалектическую – природу: искусства, художественного творчества и человеческого мышления. [7]
Однако до настоящего времени исследования потенциальных возможностей, заложенных в полифонии с позиций концепции дополнительности, не получили должного развития и распространения в образовании (за исключением музыкального искусства), где наследие, в частности, М.М.Бахтина было бы бесценно. Не используются они также в значимом объеме для развития способностей полифонического восприятия и полифонического мышления, обеспечивающих трансформацию композиции смыслов в симультанно выраженный результирующий смысл. [4]
И это при том, что на рубеже ХХ и ХХI веков появляются исследования, посвященные собственно феномену полифонического мышления, его концептуальному осмыслению и технологическому потенциалу: в конце XX века появляется работа В.М. Розина «Контекстное полифоническое мышление – перспектива XXI века», а уже в начале XXI века – исследование С.А. Роговой «Развитие полифонического мышления – условие существования человека XXI века». Таким образом, «мы можем наблюдать по указанным выше работам, как раскрывающаяся перспектива превращается в необходимость широкого плана» [5]. При этом, в отличие от рассуждений, в контексте концепции дополнительности, границы которой обозначены концептуальными и методологическими аспектами, С.А. Рогова, рассматривая в качестве объекта исследований полифонию, переносит мысль на полифоническое мышление в качестве предмета исследований и приходит к выводу: «Данный вид мышления не вмещается в рамки ни одного из известных видов мышления (наглядно-действенного, образного, логического и т. п.)» [8].
В 2002г. в диссертационном исследовании М.Е. Корешковой было выполнено обоснование условий и технологии формирования в процессе музыкального образования «полифонического мышления как научно-теоретического, диалектического или постигающего, являющегося необходимым способом освоения мира, при котором сама полифония и является средством достижения философского уровня мышления». Автором утверждаются принципы, раскрывающие полифонию как «диалектическое ядро» музыкального искусства, среди которых принципы полисимволичности, полиинтонационности, полиплановости, полиинтерпретационности [7], по нашему мнению, носят универсальный характер для искусства вообще, и шире – глубинного межличностного эстетически направленного общения.
Искусство, в отличие от науки, при всем многообразии функций в качестве доминирующей имеет функцию целостной передачи образа окружающей действительности и эстетического воздействия в фокусе общечеловеческих ценностей. Психологи также подтверждают, рассматривая концептуальные основы объектной – естественно-научной, и субъектной – личностно-ориентированной, парадигм психологии, что опора только на логическое мышление не позволяет сформировать целостный образ окружающего мира. [3]
В отличие от ситуаций, когда многозначность «снимается» одним явным, ярко выраженным контекстом, полифоническое мышление позволяет одновременно воспринимать и генерировать многозначность в отражениях многих контекстов: «узоры» создаются – как в калейдоскопе (оптическом приборе-игрушке) – из отражения частичек окружающего нас мира, которые трансформируются в новый необыкновенный мир. Именно развитая способность к полифоническому мышлению является определяющим аспектом творческого мышления как характеристики деятельности, качества и критерия развитости личности, имманентно присущего человеку подхода к действительности.
От того, как, каким образом рассматриваются понятия «полифония», «полифоническое восприятие» и «полифоническое мышление» зависит его научная и методологическая значимость.
Полифония в широком смысле являет собой теорию особого типа мышления, связанного с контекстами различных культурных традиций, мировоззрением и т.д. и «человек, так или иначе, расширяет масштабы своего мышления, находясь в многоголосном социокультурном пространстве» [6; 151].
Полифоническое восприятие, полифоническое мышление и полифонически связанные мыслительные процессы как средства и методы собственной мыслительной деятельности задают вектор творчества и определяют наши представления об окружающем мире, и, формируя личность в эстетическом отношении, являют собой наиболее яркое проявление единства сознания и действительности. Полифоническое мышление позволяет преодолевать изначальное ограничение художественного образа и преобразовывать в образно-смысловую неограниченность.
В 2016г. на основе проведенного системного анализа научных публикаций по проблеме познавательного потенциала полифонического мышления, нами был выведен принципиально важный тезис: полифоническое мышление является всеобщим универсальным способом получения более полного знания в естественных, технических, математических, социогуманитарных науках. [4] Согласуясь с основными идеями теории деятельности А.Н. Леонтьева, а также, в частности, с некоторыми идеями системо-мыследеятельностной методологии Г.П. Щедровицкого, было выделено в качестве центрального понятие «полифония», определен и проанализирован неразрывно связанный с ним комплекс понятий.
Обладая полифункциональностью, полифоническое мышление приобретает особую значимость, как для формирования художественно-эстетического потенциала личности, так и теории познания в целом. Полифоническое мышление выступает в качестве эффективного средства для понимания и объяснения, исследования и поиска инновационных решений, поскольку оно позволяет воспринимать и осознавать полифоническую действительность не только как суммирующую разные контексты, но и как самообогащенную полифоническим контекстом многозначности, или точнее метаконтекстом сочетания множества, в том числе, и несочетаемых смыслов. [4,8]. В то же время, полифоническое мышление обладает парадоксальным образом, свойством неопределяемого предела потенциальных возможностей.
В силу всего вышеизложенного, актуальной задачей современного образования является создание возможностей для развития у учащихся способностей полифонического восприятия и полифонического мышления, предоставление методических и практических средств для освоения в ходе изучения дисциплин гуманитарного цикла соответствующих навыков.